Теоретико-методологическая характеристика налоговой деятельности как объекта правового регулирования

Одним из главных признаков государства являются налоги. Они выступают основным инструментом управления государством. По мере эволюции экономической системы их рассматривали с разных точек зрения. Кто-то использовал чисто философский подход, некоторые описывали налоги как экономическую категорию, и только на современном этапе этот инструмент стал рассматриваться как социально-правовой механизм. В результате появилось большое количество научных концепций и доктрин, фундаментом которых всегда являлись налоговые теории целостности, единства, суверенитета и безопасности государства [1].

Налоговая деятельность представляет собой совокупность правоотношений, возникающих при формировании публичных доходов через механизм принудительного изъятия части имущества налогоплательщиков. Кучеров И.И. определяет ее как урегулированную нормами финансового права деятельность государства и муниципальных образований по установлению, введению и взиманию налогов и сборов [2]. Это определение акцентирует публично-правовую природу явления. Пепеляев С.Г., напротив, рассматривает налоговую деятельность шире — как систему взаимодействий между фискальными органами и налогоплательщиками, включающую не только взимание, но и контроль, привлечение к ответственности и защиту прав [3].

Споры о границах понятия не случайны.

Классический подход, отраженный в п. 1 ст. 8 Налогового кодекса РФ, сводит налог к обязательному индивидуально-безвозмездному платежу. Однако современная доктрина выходит за пределы узко фискального понимания.

Винницкий Д.В. выделяет регулятивную функцию налоговой деятельности, которая проявляется в воздействии на экономическое поведение субъектов через систему льгот, вычетов и дифференцированных ставок. Этот подход получил нормативное закрепление после 2020 года, когда в Налоговый кодекс были внесены изменения, предусматривающие налоговые стимулы для организаций, реализующих инвестиционные проекты в сфере импортозамещения.

Признаки налоговой деятельности дискуссионны. Традиционно к ним относят:

–императивность — односторонний характер установления налоговых обязанностей государством без согласия плательщика; –нормативность — закрепление правил взимания в актах законодательства; –индивидуальную безвозмездность — отсутствие встречного предоставления конкретному налогоплательщику; –публичную предназначенность — направленность налоговых поступлений на финансирование общегосударственных нужд. Однако в условиях многополярности возникают дополнительные характеристики. Так, после введения в 2023 году механизма зачета налогов, уплаченных российскими компаниями в юрисдикциях — участниках ЕАЭС, проявился признак трансграничной координации. Фискальные органы различных государств вынуждены согласовывать подходы к квалификации доходов и расходов, что размывает классический принцип налогового суверенитета.

Функции налоговой деятельности выходят за рамки простого пополнения бюджета. Фискальная функция остается базовой — в 2023 году налоговые доходы консолидированного бюджета России составили 29,1 трлн рублей, или 68% всех поступлений. Но на первый план выходят регулятивная и стимулирующая функции. Введение повышенных ставок налога на прибыль для компаний, работающих с недружественными юрисдикциями, преследует цель перераспределения капитала в пользу дружественных партнеров. Контрольная функция реализуется через систему налогового мониторинга, охватившего к 2024 году 267 крупнейших налогоплательщиков. Противоречие между фискальной и регулятивной функциями проявляется в практике правоприменения. Стремление максимизировать налоговые поступления нередко входит в конфликт с задачей стимулирования экономического роста. Вопрос о приоритетах остается открытым. Социальная функция налоговой деятельности актуализировалась после 2022 года, когда были введены налоговые льготы для участников специальной военной операции и членов их семей. Перераспределительный эффект налоговой системы усилился благодаря прогрессивной шкале налога на доходы физических лиц, вступившей в силу с 2025 года. Налоговая деятельность в условиях геополитической многополярности выходит за рамки классического понимания фискальной функции государства. Современная доктрина рассматривает ее как систему взаимодействий между публичной властью и налогоплательщиками, где регулятивная и стимулирующая функции конкурируют с задачей пополнения бюджета. Система источников правового регулирования трансформируется: приостановление действия международных налоговых соглашений с недружественными государствами потребовало создания новой нормативной базы, основанной на региональных интеграционных механизмах. Субъектный состав налоговых правоотношений усложнился за счет появления контролируемых иностранных компаний, операторов цифровых платформ и международных координирующих органов, чей правовой статус нуждается в дальнейшей конкретизации.