Межотраслевые вопросы регулирования возмещения убытков в рамках конкурентных процедур

Государственные закупки – один из инструментов регулирования, позволяющий решать экономические и социально-политические проблемы в стране [1, с. 284].

Судебные споры в рамках закупочной деятельности обладают как определенными особенностями, связанными с проведением конкурентных процедур, так и со специфическим субъектным составом, его полномочиями, ответственностью и интересами.

Возмещении убытков являются вполне распространенным явлением в практике разрешения разного рода экономических споров; такие требования получили широкое распространение и по искам участников закупок.

Исходя из анализа судебной практики в рамках конкурентных процедур перечень субъектов, выступающих ответчиками по искам участников закупок о возмещении убытков достаточно разнообразен. Споры по искам участников о взыскании убытков при осуществлении закупочной деятельности можно классифицировать по субъектному составу, где ответчиками выступают участники-конкуренты, банковские учреждения, Федеральная антимонопольная служба и ее территориальные органы, а также заказчики.

Основополагающим принципом контрактной системы в сфере закупок является, в частности, принцип обеспечения конкуренции, что, согласно ст. 8 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Федеральный Закон) предполагает создание равных условий между участниками закупки. Не менее важным положением является также статья 9 Федерального закона, закрепляющая принцип профессионализма заказчика, призванного принимать меры по сохранению и повышению квалификации должностных лиц, участвующих в проведении закупок.

Вместе с тем, судебной практикой демонстрируется достаточное число оснований для обжалования действий должностных лиц заказчиков, в том числе, связанных с решениями об отклонении заявки на участие в закупке, необоснованном отказе в заключении контракта по итогам конкурса, которые, нередко являются основанием для обжалования заключённых контрактов.

Верховным судом указано на возможность лица, которое должно было стать победителем, требовать возмещения убытков вне зависимости от предъявления самостоятельного иска о признании обязательной процедуры, конкурентной закупки недействительными и о применении последствий их недействительности [2].

Практикой демонстрируются примеры реализации права на взыскание убытков в связи с отказом в заключении контракта по результатам проведённой конкурсной процедуры по основаниям, не связанным с проведением торгов, когда уклонение от заключения контракта со стороны заказчика повлекло для истца убытки в виде упущенной выгоды, которую потенциальный подрядчик (исполнитель) получил бы в случае надлежащего исполнения заказчиком законодательства при заключении контракта.

Так, согласно Постановлению Арбитражного суда Московского округа от 6 марта 2020 г. N Ф05-1477/20 по делу N А40-92217/2019 в качестве обоснования возникновения у подрядчика (исполнителя) убытков в виде упущенной выгоды судом признаются мероприятия, связанные, к примеру, с освобождением производства для выполнения работ по контракту, на который рассчитывал подрядчик (исполнитель) и отказами в связи с этим от контрактов с иными контрагентами.

Упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было [3].

В качестве примера уместно также привести постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14 августа 2019 г. N Ф09-4113/19 по делу N А07-13700/2018. Заказчик неправомерно уклонился от заключения договора на клининговые услуги с предпринимателем, победившим в аукционе, в результате чего судом признан доказанным факт причинения истцу убытков, в том числе, упущенной выгоды - 10 месяцев простоя.

Анализ приведенных судебных актов указывает на некорректность сравнения убытков в форме упущенной выгоды, возникающих при нарушении договорных обязательств (ст. 15, 393 ГК РФ), с аналогичными потерями, вызванными недостижением ожидаемого результата в рамках закупочной деятельности. Указанные категории требуют дифференцированного подхода ввиду различий в основаниях возникновения гражданско-правовой ответственности. В стремлении обеспечить условия для недопущения недобросовестности конкуренции, такой подход все же может привести к недобросовестности участников, представляющих, например, сведения или пакет документов в спорном объеме или качестве, необходимых для заключения контракта по итогам конкурсной процедуры. Так, особое внимание следует уделить спорам, возникшим в результате оспаривания решений антимонопольной службы о признании необоснованной жалобы участника закупки на действия комиссии заказчика, поскольку между поставщиком (победителем) и заказчиком заключается контракт, который исполняется сторонами наряду с судебным оспариванием такого решения антимонопольной службы.

Перспектива взыскания упущенной выгоды в случае признания судом недействительным такого решения антимонопольного органа создает для участников, не ставших победителями, определенный соблазн приобретения дохода, который такой участник получил бы в результате фактического оказания услуги или выполнения работы по контракту.

Частью 23 статьи 95 Федерального закона предусмотрено, что при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба.

Таким образом, поскольку положениями специального закона закреплена ответственность стороны уже заключенного контракта в пределах реального ущерба, для споров, связанных с незаключением контракта, должно применяться такое же правило. Подготовка к исполнению незаключенного контракта является риском участника закупки, поэтому возможное возникновение упущенной выгоды не может быть поставлено в причинно-следственную связь с виной заказчика, проводившего торги. Процедура государственных закупок носит многоэтапный характер и накладывает взаимные обязательства на обе стороны. Участие в тендере не гарантирует автоматического заключения контракта, а процесс предполагает строгое соблюдение регламента: подачу полного пакета документов, прохождение конкурентных процедур, признание заявки соответствующей требованиям, а также своевременное подписание проекта контракта победителем.

На основании изложенного, в результате проведенного анализа видится некая неопределенность в правовом регулировании возмещения убытков в сфере закупочной деятельности, что не может не сказываться на стабильности гражданского оборота в этой сфере. С учетом изложенного, принимая во внимание недостаточную систематизацию положений по указанному вопросу, представляется актуальным внесение дополнений в Федеральный закон, закрепляющих положения, исключающие возможность взыскания упущенной выгоды в результате незаключения контракта с участником закупки.