К вопросу об определении эффективности нормы права при проведении правового мониторинга

Вопрос о полномасштабном внедрении в практику отечественного правотворчества, правоприменения и правового анализа такого методологического комплекса как правовой мониторинг стал активно изучаться с начала XXI века. При этом первые шаги в этом направлении были сделаны ещё советскими правоведами в 60-70-ые годы XX века. Именно в этот период началось исследование проблемы эффективности советского права, как средства управления общественной жизнью и достижения цели построения в СССР коммунизма.

Изучение тематики, связанной с эффективностью права, не утратило своей актуальности и в наши дни, поскольку право по своему содержанию представляет собой систему правил поведения, обязательных для исполнения и обеспеченных, прежде всего, силой государственной власти. Следовательно, повышение эффективности права в целом и нормы права в частности путем, в том числе, проведения правового мониторинга, является действенным средством реализация положений отечественного законодательства, сохранение стабильности и устойчивого развития российского государства.

Термин «эффективность» получил широкое распространение в русском языке и имеет множество трактовок, поскольку используется во многих сферах, прежде всего, в экономике, промышленности, науке и технике, используется как характеристика для оценки полезности чего-либо.

В Большой Советской энциклопедии сказано следующее:

«Эффект (от лат. effectus – исполнение, действие, от efficio – действую, исполняю) 1) результат, следствие каких-либо причин, действий (например, Э. лечения). 2) Сильное впечатление, произведённое кем-либо, чем-либо. 3) Средство, приём (в том числе в искусстве), цель которых произвести впечатление, удивить или создать иллюзию чего-либо (например, световые, шумовые Э. в театре). 4) В естественных науках – явление (закономерность), которое часто называют именем открывшего этот Э. учёного: Холла Э., Фарадея Э., Доплера Э. и т.п.» [4].

Согласно толковому словарю Д.Н. Ушакова, «эффективный» – дающий эффект, приводящий к нужным результатам, действенный» [5].

Таким образом, эффективность – характеристика, отражающая степень достижения желаемого результата. Она является весьма универсальной, поскольку востребована и применима во множестве сфер, в том числе и в праве. При этом представляется, что в юриспруденции в данном контексте более точным будет использование термина «эффективность нормы права». Правовая норма – основная структурная единица права. Следовательно, эффективность права в целом зависит в первую очередь от эффективности правовой нормы, то есть степень достижения желаемого результата в результате применения (исполнения) такой нормы в той или иной сфере. В работе В.А. Козлова «К вопросу о понятии эффективности права» [1] различается два вида такой эффективности – социальная и юридическая. Под социальной эффективностью нормы права подразумевается социальная полезность правового регулирования тех или иных конкретно определенных общественных отношений. Юридическая эффективность является показателем способности нормы права закладывать в психологию человека на уровне подсознания определенный шаблон поведения, в результате которого у лиц, исполняющих норму права, формируется устойчивая модель поведения.

Оба указанных вида эффективности нормы права, по сути, представляют собой две нераздельные составляющие, которые напрямую связаны с ее легитимностью. Так, социальная эффективность неотделима от юридической эффективности, которая, в свою очередь, неразрывно связана с легитимностью правовой нормы. Данная зависимость обусловлена тем, что адекватно отвечающая потребностям общества и правильно сформулированная норма права чаще всего поддерживается и самостоятельно, без применения мер государственного принуждения, исполняется гражданами, поскольку их подсознанием уже воспринят заключенный в норме шаблон правомерного поведения. Таким образом, эффективность нормы права во многом определяется её легитимностью, которая, в свою очередь, определяется адекватностью нормы права с точки зрения экономики, политики, социокультурной обстановки и пр. Кроме того, существенным критерием эффективности нормы права является ее соответствие существующей правовой системе. Такая норма не может стать причиной возникновения коллизий в системе законодательства и привести к нарушению целостности системы правовых предписаний.

Для измерения (оценивания) эффективности нормы права используется ряд критериев, основными из которых являются следующие:

–соблюдение правил юридической техники, прежде всего, в процессе правотворчества; –адекватность нормы права текущей экономической, политической, правовой, социальной и культурной ситуации в обществе с точки зрения характера регулирования и временных затрат; –соблюдение целостности и непротиворечивости российской системы права, предупреждение возникновения коллизий и пробелов в законодательстве; –легитимность нормы права.

По совокупности оценок каждого из критериев представляется возможным выделять следующие виды эффективности нормы права:

–высокая

–удовлетворительная

–приемлемая

–низкая.

Разграничение проводится следующим образом:

–высокая эффективности нормы права – соблюдение всех критериев; –удовлетворительная – соблюдение правил юридической техники, адекватность нормы права текущей экономической, политической, правовой, социальной и культурной ситуации в обществе с точки зрения характера регулирования и временных затрат, легитимность нормы права; –приемлемая – соблюдение правил юридической техники, легитимность предлагаемой нормы права, а также соответствие любому из остальных критериев; –низкая – соответствие любому одному или двум критериям.

Измерение эффективности нормы права целесообразнее всего осуществлять в рамках осуществления правового мониторинга, проведение которого ежегодно организуется Министерством юстиции Российской Федерации.

Как отмечено в работе «Правовой мониторинг: актуальные проблемы теории и практики» под редакцией Н.Н. Черногора, основная задача правового мониторинга – выявлять недостатки нормотворческой и правоприменительной деятельности, при этом отмечается: «Вопрос эффективности системы нормативных правовых актов в Российской Федерации неразрывно связан с проблемой контроля за их качеством и дальнейшим совершенствованием. Посредством оценки эффективности нормативного правового акта определяется степень урегулированности соответствующих общественных отношений, выявляются пробелы, устраняются коллизии и противоречия как между нормативными актами одинаковой юридической силы, так и между актами разных уровней (федерального, регионального). Это обеспечивает научно обоснованный подход к выбору направлений совершенствования законодательства, и в конечном счете, внутреннюю согласованность правовой системы в целом» [2]. Приведенное высказывание в полной мере отражает задачи, стоящие перед мониторингом права, как полноценным правовым институтом. При этом следует отметить, что измерение эффективности нормативного правового акта базируется, прежде всего, на измерении эффективности нормы права. Поэтому для измерения эффективности нормативного акта может быть использован метод, заключающийся в подсчете содержащихся в нем норм права, исходя из того, к какому виду эффективности (высокой, удовлетворительной, неудовлетворительной, низкой) они относятся. То есть эффективность акта определяется по тому, нормы какого вида эффективности преобладают в его содержании. Указанный метод, в случае его широкого использования, в дальнейшем позволит перейти от измерения эффективности правовых норм и отдельных нормативных актов к измерению эффективности национального законодательства в целом.