Причины и факторы профессионального выгорания у работников социальной сферы

Выгорание как психологический феномен оказывает выраженное негативное воздействие на психофизическое состояние человека и снижает результативность профессиональной деятельности специалистов, работающих в социальной сфере. Впервые данное явление было зафиксировано в 1950-е годы и на протяжении длительного времени рассматривалось как заболевание неизвестной природы, предположительно связанное с вирусной инфекцией [4, c. 165] В 1970-е в начале 1980-х годов медицинские специалисты обратили внимание на социальную избирательность данного «заболевания»: около 75% выявленных случаев приходилось на представителей так называемых «белых воротничков» и членов их семей. В группу наибольшего риска входили работники сферы обслуживания, а также администраторы крупных и малых организаций. Проведённые исследования позволили установить прямую связь между профессиональным стрессом, перегруженностью на рабочем месте и ухудшением состояния здоровья специалистов [4, c. 168].

Наиболее часто синдром выгорания наблюдается у представителей профессий коммуникативного и социального характера, функционирующих в системе «человек о человек». К данной категории относятся медицинские работники, педагоги, менеджеры сферы услуг, консультирующие психологи и психотерапевты.

Понятие «выгорание» (англ. burnout, что означает «угасание», «прекращение горения») было введено в научный оборот американским психологом Дж. Фрейденбергером в 1974 году. В своей статье, опубликованной в «Журнале социальных проблем», он использовал данный термин для описания психологического состояния здоровых людей, находящихся в условиях интенсивного и эмоционально насыщенного взаимодействия с клиентами и пациентами. Изначально данное явление рассматривалось в рамках концепции профессионального стресса и определялось как неспособность личности эффективно справляться с нагрузками, что приводило к деморализации, разочарованию и снижению продуктивности деятельности [1, c. 6].

На сегодняшний день профессиональному выгоранию существует большое количество определений, однако анализируя их все, можно выделить одно универсальное: профессиональное выгорание это состояние крайнего истощения, которое является следствием хронического стресса, связанного с профессиональной деятельностью, и проявляющееся в нарушениях эмоциональной, психической, поведенческой и соматической сфер. Существенный вклад в разработку теории выгорания внесли К. Маслач и её коллеги 0 С. Джексон и А. Пайнс. Их исследования стали основой для дальнейшего научного изучения данного феномена. Понимание выгорания неоднократно уточнялось и расширялось. Так, в 1976 году К. Маслач охарактеризовала выгорание как реакцию на хронический рабочий стресс, проявляющуюся в эмоциональном дистанцировании от клиента, снижении гуманистического отношения и падении профессиональной эффективности [5, c. 296]. В 1981 году К. Маслач и С. Джексон определили выгорание как синдром эмоционального истощения и циничного отношения, характерный для специалистов, работающих с людьми, и ведущий к нарушению взаимодействия с клиентами. В более поздних работах К. Маслач подчёркивала, что представители сферы образования и услуг вынуждены проводить значительное количество времени в интенсивном межличностном общении, что является объективной особенностью и фактором риска данных профессиональных областей [15, c. 77].

Согласно определению С.П. Безносова, эмоциональное выгорание представляет собой сформированный личностью механизм психологической защиты, выражающийся в частичном либо полном подавлении эмоциональных реакций в ответ на воздействие психотравмирующих факторов [3, c. 86]. Данный механизм является приобретённой моделью эмоционального реагирования и, как правило, обусловлен профессиональной деятельностью. В одних случаях он способствует более экономному и рациональному использованию психоэмоциональных ресурсов человека, в других оказывает деструктивное влияние на межличностные отношения в профессиональной среде.

Склонность к интроверсии как личностное качество предполагает ориентацию человека на внутренний мир и стремление к психологической изоляции. Во внешних взаимодействиях это может проявляться в формальных и закрытых формах общения. В стрессовых ситуациях такие люди нередко оказываются неспособными выйти из закрепившегося эмоционального состояния: первоначально это выражается в тревожности, которая впоследствии может трансформироваться в выраженную агрессию. О.И. Бабич отмечает, что как правило, они испытывают трудности в перестройке жизненных планов и поведенческих стратегий, что снижает их способность эффективно справляться с эмоциональным выгоранием. В результате повышается риск развития психосоматических заболеваний [2, c. 45].

Симптоматика синдрома эмоционального выгорания условно подразделяется на три основные группы: психофизические, социально-психологические и поведенческие. К психофизическим симптомам относятся: устойчивое ощущение непрекращающейся усталости, сохраняющееся утром, вечером и сразу после сна, что соответствует признакам хронической усталости; состояние эмоционального и физического истощения; снижение чувствительности к изменениям внешней среды и замедленная реакция на них, утрата интереса к новому и отсутствие адекватной реакции на потенциально опасные ситуации и др. [6, c. 42].

Социально-психологические симптомы проявляются в виде нехарактерных для психически здорового человека переживаний и реакций, среди которых: пониженный эмоциональный фон и депрессивные состояния; повышенная раздражительность по незначительным и объективно несущественным поводам; внезапные вспышки гнева без очевидной причины либо уход в эмоциональную изоляцию с отказом от общения и т.д.[7, c. 94]. Поведенческие симптомы эмоционального выгорания и связанные с ними модели деятельности включают: восприятие профессиональной деятельности как чрезмерно сложной и обременительной, сопровождающееся ощущением невозможности качественного выполнения рабочих обязанностей; нарушение установленного режима труда, выражающееся в систематических опозданиях, ранних уходах с рабочего места либо, напротив, чрезмерном пребывании на работе; регулярный перенос рабочих заданий домой без их фактического выполнения; эмоциональное дистанцирование от коллег и клиентов, проявление завышенной критичности и неадекватных поведенческих реакций [8, c. 212]. В состоянии эмоционального выгорания также наблюдается совокупность характерных чувств, мыслей и форм поведения: чувства: ощущение ущемлённости, хронической усталости, страх допущения ошибок, тревожность перед неопределёнными ситуациями, боязнь утраты социально одобряемого образа, депрессивные переживания; мысли: убеждённость во враждебности окружающей среды, переживание несправедливого социального положения, ощущение отсутствия признания собственных профессиональных усилий, формирование негативного и нереалистичного образа «Я»; поведение: выражение негативных оценок в адрес окружающих и самого себя, колебания между стремлением привлечь внимание и желанием социальной изоляции, крайние поведенческие стратегии — от чрезмерного перфекционизма до полной апатии.

Синдром эмоционального выгорания наиболее характерен для специалистов, чья профессиональная деятельность предполагает интенсивное и продолжительное межличностное взаимодействие. К данной категории относятся руководители высшего и среднего звена, медицинские и социальные работники, консультанты, педагоги, а также сотрудники органов внутренних дел. Особую группу риска составляют лица с выраженными интровертированными чертами и индивидуально-психологическими особенностями, не полностью соответствующими требованиям профессий коммуникативного профиля. Для таких людей характерны ограниченные энергетические ресурсы, скромность, застенчивость, склонность к уединению и сосредоточенность на профессиональной деятельности. Они быстрее испытывают эмоциональный дискомфорт и, как правило, не обладают достаточными механизмами психологической защиты для переработки негативных переживаний [11, c. 7].

Наиболее подвержены выгоранию специалисты, находящиеся в состоянии постоянного внутреннего конфликта, испытывающие напряжение в профессиональной сфере, сложности в совмещении работы и семейной жизни, а также давление, связанное с необходимостью регулярного подтверждения своей профессиональной компетентности. Постоянная тревога за сохранение рабочего места и отсутствие уверенности в будущем значительно повышают риск развития эмоционального выгорания. В современных российских условиях к данной группе риска особенно относятся работники в возрасте старше 45 лет [13, c. 55].

При условиях хронического стресса синдром эмоционального выгорания, как правило, развивается в ситуациях вхождения человека в новую, незнакомую профессиональную среду, где от него требуется демонстрация высокой компетентности и ответственности. Так, молодой специалист, переходя из относительно комфортной и поддерживающей образовательной среды высшего учебного заведения к реальной профессиональной деятельности, нередко сталкивается с возросшими требованиями и осознанием недостатка практического опыта. В подобных обстоятельствах первые признаки эмоционального выгорания могут проявиться уже спустя шесть месяцев после начала трудовой деятельности. Анализ исследований, посвящённых проблеме выгорания, показывает, что жители крупных городов находятся в условиях постоянного межличностного взаимодействия, характеризующегося высокой плотностью социальных контактов и вынужденным общением с большим числом незнакомых людей в общественных пространствах, что значительно повышает уровень психоэмоциональной нагрузки. В то же время меньшей подверженностью синдрому эмоционального выгорания и риску ухудшения здоровья отличаются специалисты, обладающие рядом личностных и поведенческих ресурсов. К ним относятся осознанная забота о физическом состоянии (регулярная физическая активность, соблюдение принципов здорового образа жизни), адекватная и устойчивая самооценка, уверенность в собственных силах, способностях и возможностях.

Работники, имеющие опыт успешного преодоления профессионального стресса и способные гибко адаптироваться к изменяющимся и напряжённым условиям деятельности, значительно реже сталкиваются с проявлениями эмоционального выгорания.

Ключевым личностным качеством людей, устойчивых к эмоциональному выгоранию, является способность поддерживать позитивный и оптимистичный эмоциональный настрой, формировать конструктивное отношение к себе, окружающим и жизни в целом. Для таких индивидов характерны высокая психологическая мобильность, открытость, развитые коммуникативные навыки, самостоятельность и ориентация на опору на собственные ресурсы [14, c. 7-7].

Изучив различные подходы к причинам профессионального выгорания, а также ознакомившись с основными функциями специалистов и особенностями их работы, можно условно подразделить все причины появления синдрома выгорания у социальных работников на внутренние (личностные), организационные, профессиональные. Предрасполагающими факторами могут быть индивидуальные особенности – перфекционизм, стремление все контролировать, нежелание или неумение делегировать обязанности. А современный мир непрерывно создаст условия для выгорания. Теперь мы проводим перед экраном по 8-10 часов в день, практически не общаемся лично, пользуемся соцсетями и мессенджерами, поток поступающей информации постоянно растет, часто это тревожная информация, которая требует непрерывного участия в процессе и принятия решений в условиях неопределенности. В таких обстоятельствах выгорание – неизбежное следствие.

Одним из основных факторов, влияющих на развитие профессионального выгорания, является хроническое сочетание высокого эмоционального напряжения и значительного объёма работы.

Исследования показывают, что социальные работники часто работают в условиях ограниченных ресурсов, сталкиваются с дефицитом материальной и организационной поддержки, а также испытывают трудности, связанные с нехваткой времени на выполнение задач и подготовку документации. Высокая загруженность и частые конфликты между требованиями профессиональной роли и реальными возможностями приводят к накапливающемуся стрессу, который является предвестником развития синдрома эмоционального истощения [12, c. 95].

Исследование Г. Кесвы, проведённое в провинции Восточный Кейп, иллюстрирует, как сочетание недостатка материальных ресурсов, отсутствия эмоциональной поддержки со стороны руководства и большой рабочей нагрузки связано с ухудшением психологического благополучия социальных работников и снижением их профессионального функционирования. В числе факторов, способствующих выгоранию, участники исследования называли нехватку транспорта, компьютерной техники и другие условия труда, которые мешают им эффективно выполнять свои обязанности [10, c. 44].

Помимо организационных, индивидуальные личностные факторы играют существенную роль в предрасположенности социального работника к эмоциональному выгоранию. Личности с повышенной эмпатией, высокой степенью самооценки зависимости от внешнего признания, склонностью к самокритике, а также сотрудники, испытывающие трудности в психологической регуляции эмоций, чаще сталкиваются с эмоциональным истощением. В рамках качественного исследования, проведённого среди социальных работников центров реабилитации зависимых лиц, было выявлено, что чувство собственной некомпетентности, чрезмерная привязанность к клиентам и навязчивые мысли о профессиональной значимости способствуют развитию психоэмоционального истощения.

Работа с травматическими случаями и сложными жизненными ситуациями клиентов также является мощным детерминантом выгорания. Социальные работники оказывают помощь лицам, переживающим острые социальные и психологические кризисы (безработица, утрата жилья, потеря родственных связей, насилие, злоупотребление субстанциями и др.). Регулярное погружение в эти проблемные контексты повышает эмоциональную нагрузку и может привести к не только деперсонализации и снижению чувствительности, но и формированию защитных психологических стратегий — цинизма, утраты энтузиазма по отношению к клиентам и снижению мотивации к профессиональному росту.

Ещё один немаловажный элемент - социально-психологический климат в рабочем коллективе. Отсутствие взаимоподдержки, конфликты между коллегами, слабая командная культура и неэффективная система супервизии оказывают значительное влияние на психологическое состояние социальных работников. Неблагоприятная рабочая атмосфера усиливает чувство изоляции, затрудняет обмен опытом и снижает общую устойчивость к стрессу. В результате, даже сотрудники с сильным профессиональным самосознанием могут испытывать более выраженные проявления эмоционального выгорания [9, c. 87-88].

Среди внешних факторов следует выделить социально-экономическую нестабильность, рост потребностей населения и расширение круга задач социальных служб. В современных условиях увеличивается число уязвимых групп населения, что повышает нагрузку на социальные службы и создаёт давление на качество оказываемой помощи. Социальные работники вынуждены выполнять задания в условиях дефицита времени и ресурсов, что усиливает риск развития профессионального стресса и выгорания.

Помимо внешних обстоятельств, психоэмоциональное здоровье социальных работников зависит и от их способности справляться со стрессом. Результаты новейших исследований указывают, что высокая воспринимаемая стрессовость и хроническое эмоциональное истощение связаны с увеличением клинических проявлений тревожности и депрессии, что в долгосрочной перспективе негативно сказывается на самоощущении, профессиональной эффективности и общей удовлетворённости работой.

Таким образом, профессиональное выгорание социальных работников нельзя объяснить воздействием одного-единственного фактора. Это процесс, включающий в себя организационные, профессиональные, индивидуальные и социально-структурные компоненты. Систематическое изучение этих факторов позволяет не только глубже понять механизм формирования выгорания, но и разработать целевые стратегии профилактики и поддержки социальных работниковначиная от изменений в организационной культуре и заканчивая индивидуальными программами психологической устойчивости.