«Зоохординг»: проблемы применения статьи 245 УК РФ к отдельным формам жестокого обращения с животными

Формы проявления жестокого обращения с животными крайне многообразны.

Именно поэтому отечественный законодатель перечень деяний, подпадающих под определение «жестокое обращение», оставил открытым.

Накопительство животных (зоохординг, animal hoarding, «синдром Ноя») – одна из наименее освященных в юридической литературе форма жестокого обращения с животными.

Внешне оно может маскироваться под любовь, заботу, разведение животных, но фактически приводит к длительному страданию животных и серьезным санитарным рискам для окружающих. В России эта проблема пока не выделена в качестве самостоятельного явления, однако уже сейчас может рассматриваться в рамках действующих норм о жестоком обращении с животными, когда стремление «спасти» питомцев трансформируется в нарушение требований к их содержанию и приводит к увечьям, болезням и смерти, а зарубежный (прежде всего, американский) опыт демонстрирует, как подобные случаи квалифицируются и преследуются на практике.

Исследователи отмечают, что накопление животных является одним из крупнейших источников насилия в отношении животных, число жертв среди которых превышает число умышленных актов насилия. Ежегодно власти США выявляют от 700 до 2000 новых случаев накопления животных по всей стране, и в среднем один случай накопления приводит к гибели около 40 животных [1].

В российском федеральном законодательстве содержатся общие меры по сдерживанию феномена накопительства. Так, в статье 13 Федерального закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не устанавливается жёстких цифр, а задаётся принцип: предельное количество домашних животных в конкретном месте содержания (квартире, доме, вольере) определяется исходя из того, сможет ли владелец обеспечить питомцам условия, соответствующие ветеринарным нормам, и соблюсти санитарно-эпидемиологические правила [2]. Однако, с момента принятия этого нормативного акта в 2018 году по настоящее время происходит ежегодная детализация, «донастройка» его основных положений, касающихся правил обращения с животными, в том числе развитие концепции правовой охраны животных и уголовно-правовой ответственности за жестокое обращение с ними. Появление новых норм, внесение различных изменений в данной сфере – это своеобразный ответ на устойчивый общественный запрос, сформированный резонансными случаями жестокости.

Так, в Государственной Думе РФ находится на рассмотрении законопроект, который включает в повестку идею борьбы с накопительством животных через количественные ограничения и требования к площади жилья [3].

С точки зрения борьбы с «хордингом» законопроект предусматривает несколько кардинальных изменений. Во-первых, он вводит формальный критерий избыточного количества животных (в тексте фигурирует ориентир 1 взрослая кошка или 1 взрослая собака на 18 м2). Сейчас в федеральном законодательстве нет ни одного прямого ограничения по числу питомцев в квартире:

ответственность наступает только при нарушении санитарных норм, порядка содержания, причинении вреда людям или животным. Стоит, однако, отметить, что законодательство субъектов Российской Федерации в некоторых случаях содержит конкретные требования к количеству животных, приходящихся на один квадратный метр. Например, в Новосибирской области на каждые 12 м2 – не более 1 крупной/средней собаки или 2 мелких собак или 3 кошек [4]; в Республике Башкортостан на каждые 18 м2 - 1 крупная/средняя собака или 2 мелкие собаки или 2 кошки [5]. В статье 26 Модельного закона Межпарламентской Ассамблеи государств-участников Содружества Независимых Государств «Об обращении с животными» вообще не прописана площадь помещений, а количество животных привязывается к типу жилого помещения и числу нанимателей/собственников.

Во-вторых, законопроект создает основание для первоначального применения мер административной ответственности, поскольку накопительство не всегда содержит признаки жестокого обращения с животными. Такие административные меры могут стать эффективным инструментом ранней профилактики.

Безусловно, меры борьбы с накопительством невозможно представить без четкой регистрации животных-компаньонов. Сейчас в России этот вопрос, в основном, также урегулирован законодательством субъектов, однако периодически на рассмотрение в Государственную Думу вносятся законопроекты, предусматривающие изменения и в этом вопросе. Так, законопроектом № 1026525-8 регламентируется осуществление учета и маркирования домашних животных, посредством внесения информации во ФГИС ВетИС [6].

Отметим, что снижение оценочности важно для квалификации: чем четче закон описывает допустимые и недопустимые условия содержания животных, тем легче следствию и суду установить, нарушены ли эти требования и привели ли нарушения к жестокому обращению. Вместе с тем, сама по себе количественная норма одна собака/кошка на определенное количество метров не решает полностью проблему накопительства животных и требует критического осмысления, поскольку на практике бывают случаи, когда добросовестный владелец может содержать нескольких животных в своей небольшой квартире, полностью обеспечивая им должный уход и наоборот. Таким образом, жесткая привязка только к метражу несет риск формального преследования добросовестных владельцев. Норматив по числу животных должен быть привязан к системе требований к санитарии, ветеринарии и учету животных, включать меха- низмы взаимодействия с приютами, иначе он рискует остаться «мертвой нормой» или превратиться в источник конфликта с ответственными владельцами.

Этот тезис иллюстрируется примером из судебной практики, когда Дзержинский районный суд Нижнего Тагила, рассмотрев иск в отношении владельца 20 кошек и собак, пришел к выводу, что «само по себе значительное количество проживающих в квартире животных не свидетельствует о нарушении санитарных норм и правил…» [7]. Было установлено, что все животные имеют должный уход, а специалисты Роспотребнадзора и ветеринарной службы в квартире и подъезде не нашли грубых нарушений санитарных правил.

С научной точки зрения рассматриваемые законопроекты демонстрируют важную тенденцию: защита животных от жестокого обращения перестает быть исключительно уголовно-правовым запретом, как это было раньше, и все более опирается на специальный режим обращения и содержания животных. Нарушение такого режима может образовывать состав административного правонарушения, а при наличии определенных последствий (гибель, увечья) и иных признаков формирует состав преступления, предусмотренный ст. 245 УК РФ.

В настоящее время в России фактически нет уголовных дел по ст. 245 УК РФ, когда причиной жестокости стало накопительство животных, однако проблема существует. Фонд защиты городских животных реализует программу «Стоп хординг», в рамках которой была разработана карта хординга со всеми случаями, произошедшими в Москве с апреля 2025 года. Среди главных проблем называются отсутствие механизмов досудебного изъятия животных из квартиры накопителя, длительность судебных процессов по изъятию животных и острая нехватка мест в городских приютах [8].

Интересен опыт законодательных мер борьбы с зоохордингом в США. В некоторых штатах «animal hoarding» выделено как самостоятельная форма жестокого обращения с животными, в других же квалифицируется как множественные эпизоды жестокого обращения с животными и/ или как нарушение санитарных, жилищных и зооветеринарных требований. Среди критериев, которые чаще всего выделяются при описании накопительства, можно представить следующие: содержание большого числа животных, невозможность обеспечить им базовые потребности (пища, вода, ветеринарная помощь, чистота, пространство), отрицание проблемы самим хордером, наличие негативных последствий для животных (болезни, смерть). В качестве примера приведем статью 70/2.10 Главы 510 Свода законов штата Иллинойс. В ней содержится определение понятия «накопителя животных» — это лицо, которое:

–владеет значительным количеством домашних животных; –не обеспечивает либо не в состоянии обеспечить исполнение обязанностей, возложенных на него в соответствии с разделом 3 настоящего Свода; –содержит домашних животных в условиях крайней концентрации; –не осознает характер условий, в которых содержатся домашние животные, либо проявляет грубую небрежность в отношении создания условий и того неблагоприятного воздействия, которое они оказывают на здоровье и благополучие как домашних животных, так и самого владельца [9].

C. Berry, G. Patronek и R. Lockwood проанализировали 56 уголовных дел, возбуждённых в различных штатах США. В каждом из рассмотренных дел число животных, пострадавших от действий обвиняемых, колебалось от 8 до 560. По результатам судебного разбирательства 45,2% осуждённых были назначены штрафы, тогда как 40,5% получили наказание в виде лишения свободы. Вместе с тем авторы подчёркивают низкую эффективность многих видов санкций, применяемых за подобные преступления: в большинстве случаев осуждённые фактически не выплачивают наложенные штрафы и компенсации в пользу приютов, куда были переданы изъятые животные [10].

В обзоре «Animal hoarding crimes» описан случай пожара в доме, где содержались десятки собак. Соседи нашли более 40 собак и позвонили в Общество защиты животных (SPCA), чтобы те отправили спасательную команду. После того, как пожар был потушен, прибывший на место происшествия сотрудник SPCA обнаружил в доме множество других собак, и все они страдали от блох, кожных инфекций и язв глаз. Несколько собак были в таком плохом состоянии, что их пришлось усыпить, а другим было необходимо длительное ветеринарное лечение. В общей сложности было изъято 108 собак [1].

Ученые отмечают, что дела о накопительстве животных представляют собой особую сложность из-за большого количества животных. Число животных-жертв в таких делах обычно колеблется от десятков до сотен. Зачастую этих животных-жертв приходится хранить в качестве доказательств, что вынуждает спасательные службы содержать большое количество животных в течение нескольких лет, что достаточно затратно.

Еще одной проблемой борьбы с зоохордингом является то, что накопительство достаточно часто – это проявление психического расстройства. Так, отмечается, что такая психическая патология – это вариант расстройства:

–описана в DSM-5 – классификации психических расстройств Американской психической ассоциации: 300.3 (F42) Hoarding disorder. По оценкам обследований населения, распространенность клинически значимого накопительства в США и Европе составляет приблизительно 2–6%. Расстройство накопительства поражает как мужчин, так и женщин, но некоторые эпидемиологические исследования сообщают о значительно большей распространенности среди мужчин. «Это контрастирует с клиническими выборками, которые преимущественно состоят из женщин. Симптомы накопительства, по-видимому, почти в три раза чаще встречаются у пожилых людей (в возрасте 55–94 лет) по сравнению с молодыми людьми (в возрасте 34–44 лет)» [11].

–содержится в МКБ-11 (Международной классификации болезней): 6В24 – Патологическое накопительство (Хординг). Относится к Обсессивно-компульсивным и сходным расстройствам.

Согласно одному из исследований, проведенного в Российской Федерации, в среднем чаще всего зоохордерами были женщины (в 85,2% случаев) в возрасте – 62,1±14,4 года, проживающие одни. При этом, психические расстройства были диагностированы лишь у 12% таких лиц [12]. Таким образом, эффективные меры борьбы с этой формой жестокого обращения с животными требует также участия психиатров, программ сопровождения таких владельцев.

Подводя итог, следует подчеркнуть, что современное общество признает накопительство животных как проблему, требующую специального регулирования. Оно представляет собой скрытую, но масштабную форму насилия над животными. Наблюдаемая эволюция законодательства - от оценочных критериев к конкретным количественным нормативам и требованиям к площади содержания - свидетельствует о попытке государства заполнить пробел, который образовался в федеральных нормах об обращении с животными, однако одних лишь формальных ограничений недостаточно. Успешная борьба с этим явлением невозможна без выстроенной системы учёта животных, чётких ветеринарных и санитарных стандартов, а также без учёта психологического аспекта личности самого «накопителя». Таким образом, можно признать зоохординг достаточно серьезной проблемой на стыке административного, уголовного права, психиатрии и здоровья населения.