Взаимодействие следователя и эксперта при назначении и производстве судебной экспертизы по установлению возможности выстрела из оружия без нажатия на спусковой крючок

Взаимодействие следователя и эксперта при назначении и производстве судебной экспертизы регламентируется Уголовно – процессуальным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности», а также ведомственными нормативно-правовыми актами. Применительно к органам внутренних дел наиболее значимыми из таковых являются приказы Министра внутренних дел №511 от 29 июня 2005 года «Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации», № 7 от 11 января 2009 г. «Об утверждении наставления по организации экспертно-криминалистической деятельности в системе МВД» России», № 495 ДСП от 29 апреля 2015г. «Об утверждении инструкции по организации совместной оперативно-служебной деятельности подразделений органов внутренних дел Российской Федерации при раскрытии преступлений и расследовании уголовных дел». Нужно заметить, что в этой статье для простоты изложения материала под словом «следователь» мы будем понимать любое лицо, назначающее судебную экспертизу.

Также вопросам взаимодействия следователя и эксперта посвящены многие научные публикации и учебные материалы [1 - 10]. Во всех этих источниках рассматриваются в основном общие вопросы такого взаимодействия. И это правильно. Потому что обобщенный опыт наиболее универсален в практическом применении.

Однако, он не всегда позволяет познать всю глубину описываемой проблемы, и понять то, как правильность организации такого взаимодействия может повлиять на результат расследования. Для этого иногда нужно акцентировать внимание на отдельных наиболее показательных и поучительных примерах. Один из таких примеров, имевших место в практике раскрытия и расследования преступлений, описан далее.

Этот случай произошел в одном из сёл Саратовской области. Муж (назовем его Варфоломеем) заподозрил жену в измене со своим лучшим другом, и, так как придерживался традиционных семейных ценностей, мириться с этим не стал. Он решил навсегда избавиться от соперника, но таким способом, чтобы не сесть за это в тюрьму. Для этого Варфоломей придумал хитрый план. Он заранее стал жаловаться участковому уполномоченному полиции на то, что, когда жена уходит на ночное дежурство, и он остается один, кто-то по ночам стучит в его дверь. А когда он открывал дверь, то не обнаруживал снаружи никого. Варфоломей просил обеспечить ему круглосуточную охрану, так как опасался за свою жизнь. В это же время сам он обзавелся стареньким охотничьим ружьём. Варфоломей, дождавшись ночи, когда жена убыла на дежурство, пригласил друга к себе на выпивку, и застрелил на пороге дома. Затем он лично сообщил об этом происшествии, и перед прибывшими на место представителями органов правопорядка разыграл сцену глубочайшего горя, сокрушаясь от того, что убил лучшего друга. Варфоломей кричал, что нет ему прощения, и требовал для себя самого сурового наказания.

Однако, когда дело дошло до дачи показаний, он, не меняя стиля своего поведения, сообщил, что не собирался никого убивать. Что купил ружьё для самозащиты (ведь ему угрожали, а участковый – черствый, бездушный человек – не обеспечил ему защиты). Что, когда в очередной раз услышал стук в дверь, он сильно испугался и на всякий случай взял ружье. Что, когда он открыл дверь, и увидел в дверном проеме силуэт человека, это стало для него настолько неожиданным, что от испуга он выронил ружье, которое, упав на пол, выстрелило само. Что нет ему прощения за то, что убил своего лучшего друга, и что он заслуживает самого сурового наказания. Естественно, у следствия возникла необходимость в проверке изложенной Варфоломеем версии. Следователь назначил судебно-баллистическую экспертизу, на разрешение которой поставил вопрос о возможности выстрела без нажатия на спусковой крючок из ружья подозреваемого. Но, то ли по неопытности, то ли из-за незнания тонкостей такого вида исследований, следователь при формулировании вопроса указал все возможные условия выстрела без нажатия на спусковой крючок, перечисленные в «Справочнике следователя».

На счастье, эксперт-криминалист, которому было поручено производство этой экспертизы, был более опытен, и был осведомлен об обстоятельствах расследуемого события. Он сразу понял, чем грозит строгое следование заданию следователя при производстве этой экспертизы, и сообщил ему об этом. Дело в том, что для любого оружия, тем более старого и изношенного, всегда можно подобрать условия, при которых оно может выстрелить без нажатия на спусковой крючок. Многие модели оружия даже в полностью исправном состоянии допускают такую возможность (например, пистолет-пулемет Шпагина и подобные ему конструкции, имеющие неподвижный боек на тяжелом затворе). В рассматриваемой нами ситуации вывод эксперта о возможности такого выстрела в одном из множества перечисленных следователем условий фактически подтвердил бы ложную версию преступника и помог бы ему уйти от ответственности.

Даже более того – подарил бы ему убедительные аргументы в свою пользу.

Аналогично, если бы следователь задал вопрос о возможности выстрела из оружия без нажатия на спусковой крючок, вообще не указывая предполагаемых условий выстрела. В такой ситуации всегда можно подобрать какое-либо условие, при котором оружие выстрелит без нажатия на спусковой крючок. В крайнем случае – положив в костёр. И это также станет подсказкой подозреваемому или обвиняемому в том, какую версию произошедшего события следует отстаивать и какие показания нужно давать, чтобы уйти от ответственности. Мы же помним, что в соответствии с п.11, ч. 4, ст. 47 УПК РФ следователь обязан ознакомить обвиняемого с заключением эксперта. А в соответствии с п. 6, ч.1, ст.198 УПК РФ правом на такое ознакомление обладает не только обвиняемый, но также и подозреваемый.

В рассматриваемом нами примере следователь по совету эксперта повторно допросил подозреваемого с целью максимально конкретного уточнения условий выстрела. Подозреваемый, так как занял фальшивую позицию полного сотрудничества со следствием, вынужден был озвучить конкретные условия выстрела: патрон в патроннике, курок на боевом взводе, ружье упало плашмя на деревянный пол. Следователь назначил экспертизу уже по этим конкретным условиям. Эксперимент, проведенный в ходе экспертизы, показал, что при этих конкретных условиях выстрел без нажатия на спусковой крючок из исследуемого ружья невозможен.

Но подозреваемый был непрост, и очень не хотел в тюрьму. После ознакомления с результатами экспертизы он заявил, что из-за сильного волнения немного напутал (ведь друга убил, нет ему прощения и т.п.), что в тот злополучный день он, испугавшись силуэта в двери, сначала сделав шаг назад и нечаянно ударил ружье прикладом о стену. Оно выстрелило и только потом упало на пол. Следователь назначил дополнительную экспертизу с указанием новых условий. Но и в этих условиях ружье не стреляло без нажатия на спусковой крючок. После ознакомления с новым заключением, у подозреваемого иссякла фантазия, и он признался в совершении убийства.

В действительности ружье стреляло без нажатия на спусковой крючок при воздействии на курок, находившийся на предохранительном взводе. Как и у многих старых охотничьих ружей, за которыми плохо ухаживали, у этого экземпляра был изношен не боевой, а предохранительный взвод курка. Но, подозреваемый в убийстве этого не знал. И если бы эксперт, не проявив инициативу, выполнил первоначальное задание следователя, а следователь не организовал бы правильное взаимодействие с экспертом, - убийца ушел бы от ответственности. Фактически в этой ситуации следователь и эксперт провели комбинацию следственных действий, состоящую из определенной последовательности допросов и экспертиз, которая в итоге привела к разоблачению ложной версии убийцы.

Исходя из вышеприведенного примера следует, что при установлении возможности выстрела без нажатия на спусковой крючок всегда следует максимально конкретизировать условия такого выстрела. А то, какие именно условия имеют значение для решения вопроса, возможно установить только в ходе совместного планирования производства экспертизы, в котором должны принимать участие следователь и эксперт. Как правильно отметил Карагодин В.Н., «на этапах назначения экспертизы и подготовки экспертов к ее проведению в ряде ситуаций возникает необходимость в обсуждении методов и средств экспертного исследования. Инициаторами подобного обсуждения может быть как следователь, так и эксперт.…В ряде сложных проблемных ситуаций осуществляется совместное планирование назначенной следователем экспертизы» [4, с. 138].

Правовым основанием такого взаимодействия и совместного планирования между следователем и экспертом могут служить нормы самого уголовно-процессуального закона. В частности, ст. 58 УПК РФ, гласит, что специалист может привлекаться к участию в процессуальных действиях, в том числе и «для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию». Таким образом, лицо, кото- рому в дальнейшем будет назначена экспертиза, можно привлекать в качестве специалиста для ее планирования. Тем более, что в соответствии с п.1, ч.2, ст. 70 УПК РФ предыдущее участие эксперта в производстве по уголовному делу в качестве эксперта или специалиста не является основанием для его отвода от участия в деле. Также основанием для такого рода сотрудничества между следователем и экспертом могут служить положения упомянутого в начале статьи Наставления по организации экспертно-криминалистической деятельности в системе МВД. А именно: п. 5.2 а также все подпункты п. 26 которые описывают основные формы взаимодействия экспертно-криминалистических подразделений МВД России с другими подразделениями органов правопорядка, в числе которых:

–производство экспертиз,

–участие в производстве процессуальных действий для содействия в обнаружении, закреплении, и изъятии предметов, применении технических средств, постановки вопросов эксперту, разъяснении вопросов требующих специальных познаний, –разработка совместных мер по использованию экспертно-криминалистических средств и методов в раскрытии и расследовании преступлений, –участие в выдвижении и проверке версий, –выявлений причин и условий совершения преступлений, –принятие мер к целенаправленному и эффективному использованию в раскрытии преступлений изъятых следов и вещественных доказательств на основании изучения материалов уголовных дел Подытожим тем, что при назначении экспертизы любого вида не лишней будет консультация следователя с будущим экспертом по теме правильности постановки экспертной задачи, грамотности и точности формулировки вопросов, вида и достаточности объектов исследования и сравнительных образцов. А в сложных случаях, наподобие описанного в этой статье, совместное планирование исследования и выработка тактики совместных действий просто необходимы для установления истины и правильного разрешения уголовного дела.